Чухломский районный судом Костромской области рассмотрел иск прокурора в интересах пенсионера к Банку о признании кредитного договора недействительным.

Свои требования прокурор мотивировал тем, что неустановленное лицо, находясь в неустановленном месте посредством использования мобильного приложения «WhatsApp» умышленно путем обмана, под предлогом сбережения денежных средств, ввело истца в заблуждение и похитило принадлежащие ему денежные средства в сумме 1280000 рублей, которые последний перевел на банковские счета, указанные ему неустановленным лицом. По указанному факту было возбуждено уголовное дело по ч.4 ст.159 УК РФ в рамках которого истец признан потерпевшим. Приговора по делу не вынесено, виновное лицо не установлено.

Из показаний потерпевшего следует, что ему пришло сообщение в мессенджере «WhatsApp» от бывшего работодателя, который сообщил, что в организации идут разбирательства и спросил может ли он поговорить с представителем власти. Истец не возражал и ему через указанное приложение позвонил мужчина и представился сотрудником ФСБ и сообщил, что с банковского счета истца кто-то пытается перевести деньги на Украину, но данные попытки были пресечены сотрудниками ФСБ. Далее он сказал, что необходим план действий для предотвращения подобных попыток в будущем, что ему нужно продать автомобиль и перевести деньги на счет, что он и сделал. Далее ему сказали, что необходимо ухудшить кредитную историю, чтобы в дальнейшем не могли взять кредит. Кредит в сумме 289976 рублей истец взял через несколько дней.

В материалах уголовного дела имеются сведения, что потерпевший в момент заключения кредитного договора находился в состоянии выраженного эмоционального напряжения, которое не носило болезненного характера, но лишало его способности критически оценивать происходящее, понимать характер и значение действий, прогнозировать последствия своих поступков, правильно оценивать существо сделки.

Таким образом,   истец,   заключая кредитный договор, не был способен понимать значение своих действий и руководить ими, возникновение кредитных обязательств, спровоцировано введением истца в заблуждение и его обманом, выразившемся в угрозе потери денежных средств, что указывает на недействительность договора.

Прокурор в судебном заседании дополнительно пояснил, что истец не состоит на учете у врачей нарколога и психиатра, не является недееспособным и ограниченно дееспособным.

Истец в судебном заседании пояснил, что он лично присутствовал в банке при оформлении кредита. В помещении банка к нему подошёл менеджер, он ему сказал, что кредит нужен для приобретения автомобиля. О том, что он действовал под влиянием третьих лиц, сотруднику банка не сообщал. Он при оформлении кредита находился в спокойном состоянии,   и по его состоянию сотрудник банка не мог определить, что находится под влиянием третьих лиц. Ему давали читать документы перед оформлением кредита, а затем установили приложение на телефон, и он оформил кредит. После получения заемных денежных средств он их перевел на другой свой счет, а затем снял наличные денежные средства посредством банкомата. Далее в течение 2 часов он перевел заемные денежные средства на указанные третьими лицами счета в банке.

На тот момент он понимал, что такое кредитный договор, и, что ему необходимо будет вернуть заемные средства. Отказался от назначения в отношении него судебной психолого-психиатрической экспертизы.

Представитель ответчика в судебное заседание не явился. В письменных возражениях на иск он исковые требования не признал поскольку имеются основания полагать, что клиент пытается избежать ответственности за неисполнение обязательств по кредитному договору.

Истцом никаких доказательств своим доводам не представлено. Банк заявил о добросовестности своих действий при выдаче кредита, даже если факт совершения сделки истцом под влиянием третьих лиц подтвердится в судебном заседании, оспариваемый кредитный договор не может быть признан недействительным как заключенный вследствие обмана истца третьими лицами, поскольку вторая сторона сделки (Банк) не знал и не мог знать о таком обмане.

Кроме того, банк полагал, что истец действуя с обычной степенью осмотрительности и с учетом содержания сделки, сопутствующих обстоятельств, сообщений в средствах массовой информации также мог распознать, что общается с мошенниками (если такое обстоятельство имело место), и проверить это путем обращения на горячую линию банка, однако им указанных действий предпринято не было.

Суд счел доводы банка более убедительными, чем доводы прокурора и истца, и отказал в удовлетворении иска, поскольку довод прокурора, что на момент подписания кредитного договора истец находился под преступным влиянием, в связи с чем, было искажено его представление о сущности сделки, истец затрудненно осознавал окружающую его действительность и не мог адекватно мыслить, не доказан.

При этом суд отметил, что истец лично явился в банк и получил денежные средства, которыми самостоятельно распорядился. Кроме того, оформляя  заявку на кредит, истец сотрудникам банка не сообщал о том, что он действует по указанию третьих лиц.

Ни законом, ни договором в рассматриваемой правовой ситуации не предусмотрено переноса на займодавца бремени негативных последствий, обусловленных действиями самого заемщика, не проявившего должной предусмотрительности во взаимоотношениях с банком.

Как отметил суд, поскольку истец обратился с заявлением в правоохранительные органы по факту совершенного в отношении него преступления, то в последующем он не лишен права на предъявление иска о возмещении ущерба, причиненного преступлением лицами, виновными в совершении преступления.  

Публикация на chuhloma.bezformata.com от 25.08.2025 года.